Где у вас современный театр?
Посмотрите в углу
Артем Силкин. Творческая лаборатория «Угол». Театральные эксперименты


Черная коробка с белыми словами на стенах, кованая люстра и пара зеркал в ажурных рамах – добро пожаловать в «Угол»
— Почему именно «Угол»?
— Название выбиралось не очень долго, потому что фактически «Угол» действительно находится в углу городского двора, да еще и в дальнем углу резиденции «Штаб».

—Были ли театры, на которые вы равнялись?

— Учитывая микро-размеры нашей площадки, равняться мы, конечно, равнялись, но было понятно, что площадь наша существенно меньше, чем у петербургского «Скорохода», московского «Гоголь-Центра» или «ЦИМ-а». Поэтому, имея их в виду, мы, скорее, равнялись на западные небольшие универсальные площадки, которых очень много в любой европейской стране, причем как в крупных городах, так и в небольших населенных пунктах.

— «Угол» существует с 2015 года. Какие изменения он претерпел? И что делается, чтобы привлекать новых зрителей?

— Наряду со стандартными рекламными мероприятиями можно сказать, что увеличилось количество направлений работы: инклюзивный театр, детский театр, различные театральные лаборатории. Кстати, не всегда стоит задача «увеличить процент зрителей», точнее, она вообще не стоит, по большому счету.
Наша цель это создание интересных творческих продуктов. Если они «случаются», то зритель сам находится


— Поговорим о вашей команде. Сколько человек ежедневно крутятся в этом проекте? И кто и за что отвечает?
— Постоянная команда — это, прежде всего, учредители фонда «Живой город», отвечающие за политику площадки, и несколько администраторов, которые были с нами с самого начала работы. Также у нас есть техник и пиар-менеджер. Все остальные работают сессионно в зависимости от реализуемых в данный момент проектов. Если речь идет о небольшом спектакле или кинопоказе —это один-два человека, если о масштабном мероприятии, таком, как театральная лаборатория или большой спектакль «Анна Каренина», — несколько десятков человек. В любом случае мы не раздуваем штаты — большинство тех, кто с нами работает, сотрудничают с нами на волонтерских началах, а основа команды — эффективные работники. Бывает, что человек работает и администратором, и уборщиком и выполняет еще несколько функций, потому что у нас собралась команда энтузиастов и все нацелены прежде всего на решение творческих задач.


— Как происходит отбор и утверждение постановки?
— Каждый раз это происходит по-разному. Если речь идет о читках современной польской пьесы, например, то материалы предоставляются Польским культурным центром. Если речь о результатах лабораторий, то выбор постановки может быть решением художественного руководителя, или руководителей лабораторий, или приглашенных экспертов, или самих зрителей. Как правило, после первой постановки становится понятно, есть потенциал у спектакля или нет, хотя это не всегда так.

– Были ли такие случаи, когда режиссерам приходилось отказывать в их задумках?
— Мы не влияем на творческие решения режиссеров, на это влияют скорее бюджетные ограничения. Естественно, мы можем принять решение о прекращении работы над спектаклем после просмотра его эскиза, если не видим перспективы его развития, такие случаи постоянно происходят.
Мергасовский
«Этот спектакль — скриншот, попытка включить звук из окон Мергасовского дома, многоголосье людей, живших здесь в разное время. Кто-то жил и работал тут когда-то и рассказал об этом, кого-то уже нет, и его голос мы взяли из писем в библиотеках, кто-то живет в доме прямо сейчас», — Радмила Хакова, соавтор текста спектакля


— Как зрители встретили постановку «Мергасовский»?
— Очень хорошо. Этому помогла слаженная работа команды постановщиков и сама аура мергасовского дома, которая, безусловно, волнует горожан. Понимание ценности наследия возрастает в обществе с его развитием, и такие спектакли востребованы.

— Почему вы решили рассказать историю именно этого дома?
— На самом деле, любой дом, точнее, связанные с ним судьбы, заслуживают своего рассказа. В случае с этим спектаклем ключевым оказались личные пристрастия, он нам просто нравится, и мы понимали, что в нем жила масса интересных людей. Наверное, зацепило то, что памятник архитектуры в центре города — это не только красивый архитектурный объект, но и сосредоточение жизней его обитателей, самых разных: повседневных и мимолетных историй или, наоборот, отражающих суть нашей судьбы, судьбы России, которая, даже если кто о ней и не задумывается, имеет свойство врываться неожиданно в судьбу каждого.

Людей цепляет не новизна постановки, а судьбы людей, рассказанные в ней
Аннигиляция
Экспериментальная театрально-научная лаборатория, предполагающая создание авторской пары из ученого и режиссера. Театр и наука всегда были тесно связаны, и «Аннигиляция» соединила их в пространстве Казани

— Новая лаборатория театра и науки. Как родилась идея такого формата?
— Русский театр сегодня почти не взаимодействует с наукой, и нам кажется это ошибкой, потому как именно в науке происходят процессы не только и не столько про прошлое и настоящее, но скорее про будущее, которое и интересует нас. Идея лаборатории вынашивалась несколько месяцев. Подобные лаборатории постоянно проводятся по всему миру.


Раз Казань позиционирует себя как научный центр, почему бы не быть такой лаборатории и у нас?
«Угол» стал номинантом на «Золотую маску». Можете немного подробнее рассказать о номинантах?
— Собственно номинант — это опера Александра Маноцкова. Опера «Сны Иакова или Страшно место» — первая часть «Свияжской трилогии» композитора, который выступает в ней и режиссером. Опера основана на документальных текстах Синодика Успенского монастыря, следственных делах репрессированных, историях, связанных с психиатрической клиникой, и текстах Ветхого Завета. При том, что опера имеет такую, казалось бы, непростую основу, она и музыкально, и с точки зрения воплощения и смысла сделана цельно и не оставляет ощущения безысходности, впрочем, для того, чтобы оценить ее, лучше всего посмотреть ее во время очередного театрального сезона в Свияжске. В этом году выпущена вторая часть трилогии «Красный сад», также основанная на Свияжских сюжетах. Спектакль «Время роста деревьев» вошел в программу «Маска+». Для нас важно, что был отмечен спектакль, поставленный нашим постоянным партнером Региной Саттаровой, которая начала с нами работать достаточно давно, и мы с удовольствием наблюдаем за ее профессиональным ростом.

— Первая мысль, когда вы узнали о номинации?
— Мы подумали о том, что приятно быть положительно оцененным профессиональным сообществом.
— Чем вы можете заинтересовать людей?
— Это вопрос резонанса. Мы же не театр Карабаса-Барабаса, мы не раздаем на входе петушков из жженого сахара, чтобы привлечь зрителя любой ценой и сделать его лояльным. Мы предлагаем выбор. Кому-то нравится, кому-то нет.

— Что же все-таки лучше: привычный театр со своей постоянной программой или же такие лаборатории, как «Угол»?
— Всё прекрасно: привычный театр и непривычный, как прекрасны борщ и шарлотка или облака и горы. Наличие таких площадок, как «Угол», делает культурный процесс более разнообразным и диверсифицированным.



Они позволяют реализовать проекты, которые иногда невозможны, неуместны или не приспособлены для традиционных театров
Текст: Анна Чеченкова
Фотографии предоставлены собеседником
Made on
Tilda